grey_dolphin: (Default)
С большим интересом ознакомился с итальянской диссертацией о "хлопоковом" деле в Узбекской ССР http://e-theses.imtlucca.it/213/1/Cucciolla_phdthesis.pdf - Шараф Рашидов, Гдлян-Иванов... ни разу не будучи историком, я не могу оценить, насколько хороша диссертация с точки зрения этой дисциплины (как и с точки зрения Central Asian Studies), но с точки зрения дилетанта читается "на ура".

Но вот о чем подумал - через три десятилетия с тех пор, как кипели страсти вокруг жуликоватой узбекской номенклатуры и ее разоблачителей, все эти события выглядят как относительно мелкий эпизод на фоне нынешних центральноазиатских диктаторов, вполне успешно легализовавших свои доходы и статус на Западе
http://yalebooks.co.uk/display.asp?k=9780300208443 Кто знает, возможно, и нынешние российские шубохранилища и "уточка" Медведева через какое-то время окажется столь же мелким эпизодом...
grey_dolphin: (Default)
На самом деле таких выпускников много, и обо всех говорить надо отдельно, посвящая каждому(ой) индивидуальные посты. Но сегодняшний пост - об одном из них. Алексей Кнорре, получив официальный правительственный приз за лучшую научную работу, одним из авторов которой он является, использовал трибуну в Белом доме для того, чтобы публично поставить перед высокими чиновниками вопросы о непрекращающихся атаках властей на ЕУСПб:

"... открытые данные не могут существовать без людей, способных их анализировать. Европейский университет в Санкт-Петербурге, при котором работает наш институт, подвергается нападкам федеральной и региональной власти уже полгода. По ничтожному поводу наша образовательная лицензия аннулирована Рособрнадзором. Комитет по имущественным отношениям города выселяет нас из здания, которое мы занимаем 22 года.
Здесь, в Белом доме, как нигде уместен вопрос: как исполнительная власть страны может, с одной стороны, награждать нас, а с другой — уничтожать? Судя по письмам поддержки, которые мы получаем от коллег со всего мира, своей атакой исполнительная власть обнулила престиж России в академическом сообществе. Мы по-прежнему не понимаем, во имя чего нас уничтожают, и просим неравнодушных коллег поддержать нас" https://eu.spb.ru/news/17772-ipp-pobeditel-konkursa-otkrytye-dannye-rf
grey_dolphin: (Default)
Получил верстку своей главы для сборника статей, который выходит в британском издательстве. Заодно, как водится, прислали сведения об авторах. Оказалось, что сведения обо мне - самые короткие среди 13 авторов сборника. Все люди как люди, написали о себе от 9 до 14 строк, а я всего шесть. Посмотрев в гугл-сколар и скопус, выяснил, что мои показатели цитирования отличаются в 1.5-2.5 раза от показателей других авторов сборника.

Можно ли говорить о том, что объем сведений об авторах обратно пропорционален их показателям цитирования?
grey_dolphin: (Default)
Хорошие новости из Франции - не только и не столько сами по себе итоги первого тура президентских выборов, сколько то, что поллстеры смогли восстановить свою репутацию. После британского референдума и президентских выборов в США, где и сами опросы, и тем более сделанные на их основании прогнозы многим казались поставленными под вопрос - не только в конкретноых случаях, а в целом как метод - французские опросы и прогнозы оказались точными.

В более общем плане: и досужая публика, и учОные очень любят неожиданности (не важно, каков знак этих неожиданностей: плюс или минус) и радостно потирают свои руки, ручки и ручонки, когда предположения специалистов не сбываются. Но вообще-то, подтверждение закономерностей должно быть нормой, а не исключением, и в этом смысле французский урок может остудить горячие головы тех, кто клеймил позором "нормальную науку".

И да, "не стреляйте в белых лебедей" - а в "черных лебедей" можно и нужно стрелять. Отчасти и в этом состоит латентная функция научного знания
grey_dolphin: (Default)
Из списка РИНЦ исключили 344 мусорных журнала. Но тут же сообщается, что среди более чем 6 тысяч входящх в РИНЦ журналов "нормальное рецензирование" есть в лучшем случае у тысячи. То есть, большинство входящих в список РИНЦ журналов - "мусорные"? https://www.gazeta.ru/science/2017/04/19_a_10634891.shtml
grey_dolphin: (Default)
Хорошая новость - вышел журнал "Мир России" (2017, т.26, №2) с моей статьей про авторитарную модернизацию в России https://mirros.hse.ru/2017-26-2.html Плохая новость - моим соседом по страницам того же самого номера журнала оказался знатный клиент Диссернета http://rosvuz.dissernet.org/person/55551
grey_dolphin: (Default)
Самый знаменитый автобусный маршрут с детства знают даже те, кто ни разу на нем не ездил - "автобус номер двадцать шесть". Неделю назад оный автобус проехал мимо меня возле Московского вокзала (во времена Маршака маршрут был иным), после чего я вспомнил текст и даже улыбнулся автобусу, как если бы это был давний знакомый. На мое удивление, Маршак крайне недружелюбно и несправедливо охарактеризовал дельфина - "не смог вползти в вагон". Во-первых, дельфины не ползают, даже по суше. Во-вторых, обозначение живого существа как ползающего в русском языке, кажется, отдает негативными коннотациями. Написал бы "не смог попасть в вагон" - так нет же...

А может быть, Маршак просто не любил дельфинов?
grey_dolphin: (Default)
Мой блог grey_dolphin, с 2006 года размещенный на платформе livejournal, переехал на dreamwidth под тем же именем. Публикации в нем возобновляются.

Заходите, читайте, комментируйте!
grey_dolphin: (Default)
Под этим заголовком в политологическом блоге The Monkey Cage на сайте The Washington Post опубликована подборка текстов восьми авторов, включая мой (а также Грэма Робертсона, Реджины Смит, Томилы Ланкиной и других) http://jordanrussiacenter.org/news/russians-protesting-monkey-cage-symposium/#.WN8wPE2a1kR Строго говоря, я написал не о протестах как таковых, а о реакции на них со стороны российских властей - в духе прежней статьи о "политике страха", опубликованной полтора года назад http://www.counter-point.org/64-2/
grey_dolphin: (Default)
Под этим названием опубликована моя новая колонка в Ведомостях. Текст мой, заголовок и фото - дело рук редакции http://www.vedomosti.ru/opinion/articles/2017/03/01/679425-gomeopatiya

Колонка представляет собой краткий синопсис недавнего препринта https://eu.spb.ru/images/M_center/M_55_17.pdf
grey_dolphin: (Default)
Мой комментарий о том, кто такие технократы и почему российские губернаторы таковыми не являются - на сайте "Медуза": https://meduza.io/feature/2017/02/15/novyh-rossiyskih-gubernatorov-nazyvayut-molodymi-tehnokratami-chto-eto-znachit

UPD: дополнительный материал по теме - статья о том, что политическая лояльность в эпоху назначений губернаторов была более значимой, чем их управленческая компетентность http://ojreuter.com/wp-content/uploads/2015/06/ReuterRobertsonJOP.pdf (сейчас назначения заменили как-бы-выборами, но логика остается прежней)
grey_dolphin: (Default)
На сайте ЕУСПб опубликован препринт моего доклада "Politics versus policy: технократические ловушки постсоветских преобразований" (М-55/17). Текст доступен здесь https://eu.spb.ru/images/M_center/M_55_17.pdf
grey_dolphin: (Default)
Мой обзор под этим названием опубликован в издании Russian Analytical Digest (No.195):

"2016 was a routine year of further consolidation of Russia’s authoritarian regime. Using a strategy of three “Ds” – disengagement, destruction, and disinformation – almost all domestic challenges to the Kremlin’s dominance were eliminated, the popular legitimacy of the political order has been restored to a certain degree, and even the stiff competition between interest groups for access to rents has not really challenged the political status quo... As a title for the year look no further than the new book, published in October 2016, by St. Petersburg scholar and analyst Dmitry Travin, “Will Putin’s System Survive until 2042?” Yet, major challenges for Russia may arise much earlier than this date."

Полный текст доступен по ссылке: http://www.css.ethz.ch/content/dam/ethz/special-interest/gess/cis/center-for-securities-studies/pdfs/RAD195.pdf
grey_dolphin: (Default)
Этот блог приостанавливает публикацию новых материалов на регулярной основе (отдельные посты будут появляться время от времени). Прежние публикации остаются на своем месте, их можно читать и (с согласия автора) комментировать.

Всех друзей, френдов и читателей - с наступающими праздниками!
grey_dolphin: (Default)
Мои предельно краткие отзывы на четыре недавние книги о российской и постсоветской политике. Оценки поставлены, как если бы это были эссе студентов. Каждый из отзывов примерно по сто слов, суть книги сформулирована в первом предложении каждого из отзывов. Понятное дело, мои отзывы субъективны и пристрастны, но иначе и быть не может.

Juliet Johnson, Priests of Prosperity: How Central Bankers Transformed the Postcommunist World, Cornell UP, 2016 (оценка А). Профессиональная этика и дух антиинфляционизма. Руководители центробанков рассматриваются как своего рода закрытая международная секта экономистов, которая пусть и не сразу, но в итоге обратила в монетаристскую веру посткоммунистических коллег, привила им идеи финансовой ортодоксии и помогала выстоять в тяжелых условиях финансовых кризисов и давления нечестивых политиков и финансовых проходимцев (иногда это одни и те же лица). Борцы с «неолиберализмом» и сторонники «теории заговора» (иногда это тоже одни и те же лица) сочтут книгу саморазоблачением строителей глобального капитализма. 160 интервью с банкирами и пять страновых case studies (включая и Россию), очень хорошо написано, читал, не отрываясь

Susanne Wengle, Post-Soviet Power: State-Led Development and Russia’s Marketization, Cambridge UP, 2015 (оценка А-). Как РАО ЕЭС разрезали на дольки и что из этого вышло. Довольно подробный анализ реформ энергетического сектора в России: почему и как экономисты сломили сопротивление инженеров-энергетиков и смогли навязать им свою волю (спойлер: во всем виноват не только Чубайс). Результат реформ – приватизация выгод и национализация убытков: от преобразований выиграли Газпром в Европейской России и алюминиевые компании в Восточной Сибири, бывшего монстра Минэнерго разделили на региональные монополии, всех подмявшие под себя. В целом полезная и информативная книга, хотя в ней слишком много ученических следов диссертации, плюс тема rent-seeking не раскрыта.

Douglas Rogers, The Depths of Russia: Oil, Power, and Culture after Socialism, Cornell UP, 2015 (оценка С+). Бла-бла-бла про нефть и про Пермь. Многобукав, начиная с истории фабрик и заводов и заканчивая современным искусством, однако вопрос «почему?» автором не только не ставится, но систематически игнорируется, будучи подменен деталями, мелочами, нюансами и иллюстрациями (в буквальном смысле – очень много фотографий и проч., «плюсик» в моей оценке – исключительно за стремное изображение на обложке книги). Детали описаны со вкусом и знанием дела: прочтя книгу, Жванецкий мог бы повторить свое бессмертное «какой тут борщ, когда такие дела на кухне?». Те, для кого вопрос «почему?» является в науке главным, если не единственным, могут не тратить время и деньги на чтение этой книги.

Mischa Gabowitsch, Protest in Putin’s Russia, Polity Press, 2016 (оценка С). Долгое описалово (ударение на второй слог, а не на первый) протестных проявлений в России. Почти все, что сказано про предыдущую книгу, начиная со слова «однако», относится и к этой книге. Много всяких персональных историй и рассказов от первого лица, если бы автор выпустил публицистическую книгу для широкой публики – была бы полезным примером partisan journalism; она, наверное, могла бы неплохо продаваться. Но для того, чтобы претендовать на вклад в науку, описалова все же недостаточно – после высоко профессиональных работ Грэма Робертсона, Сэма Грина, Антона Соболева, Томилы Ланкиной и других авторов, книга смотрится как очень любительская и поверхностная.
grey_dolphin: (Default)
Кинотеатр_Ленинград_1964г

Любимым местом для меня в детстве был кинотеатр "Ленинград", рядом с которым на Потемкинской улице я жил до 1978 года (см. предыдущий пост). Вплоть до самого завершения советской эпохи "Ленинград" имел статус премьерного кинотеатра - только здесь показывали новые фильмы до их выхода на широкий экран. В кинотеатре было три зала - большой, "панорамный" (красный) и два малых (синий и зеленый) - с раздельными выходами на улицу. Еще во втором или третьем классе я обнаружил, что выходы на улицу после предыдущих сеансов никто не запирает, а двери просто прикрывают, после чего порой заходил в течение сеанса с улицы и смотрел "за бесплатно" интересующие меня фильмы - иногда не по одному разу. "Иван Васильевич меняет профессию", "Невероятные приключения итальянцев в России", "Звезда пленительного счастья", "Золото Маккенны", "Сокровища Серебряного озера", "Большие гонки" - для меня все это оттуда, из "Ленинграда".

На фото 1964 года - буквы, закрепленные на крыше здания, их я уже не запомнил (видимо, сняли в какой-то момент времени). А вот витрина слева от входа мне хорошо знакома, здесь размещалась реклама фильмов, которые планировались к показу. Стекла этой витрины постоянно оказывались разбитыми, и в конце концов их демонтировали, оставив лишь рамы. Дети и подростки забавлялись тем, что всячески переделывали тексты рекламных плакатов, дописывая к ним разные слова и словечки. Я не был исключением, и в один далеко не прекрасный день отметился, написав где-то внизу хорошо известное всем слово из трех букв. На беду, за этим занятием меня засекла проходившая мимо соседка по коммуналке... я успел убежать, но она сообщила бабушке: мне досталось, что называется, по первое число :(
grey_dolphin: (Default)
Каляева ул., 41_5_арх. В.И. Ван-дер-Гюхт, 1906-1907 гг_1960г

В этом петербургском доме на углу улиц Потемкинской и Каляева (ныне - Захарьевская) прошли первые 13 лет моей жизни. Мои мама и бабушка прожили в нем 36 лет: переехали в 1942 году, когда прежнее жилье разрушила бомбежка. В комнате в коммуналке с окнами во двор-колодец, где, помимо нас пятерых (родители, бабушка, и мы с братом), в разные годы жили от 9 до 11 съемщиков, прошло мое детство.

На фото - 1960 год, на Потемкинской стоит "Победа", деревья возле нашего подъезда еще не срублены (это произошло в середине 1970-х, уже на моей памяти). Дом тогда был грязно-серым, недавно, в ходе длящегося уже много лет и никак не завершенного ремонта его перекрасили в розовый. Теперь там дорогие квартиры, ничем не напоминающие времена моего детства. Они остались только на старой фотографии...
grey_dolphin: (Default)
Обнаружил в составленной "Диссернетом" "Диссеропедии российских вузов" FB-friend, на счету которого участие в 10 некорректных защитах, в 7 случаях - в качестве научного руководителя:

http://rosvuz.dissernet.org/person/55551

Что скажут другие FB-friends (в том числе 101 общий) - не знаю, но мне стыдно (хотя я сам, понятное дело, к этим защитам никакого отношения не имею)...
grey_dolphin: (Default)
на мою книгу. На этот раз - из Journal of Soviet and Post-Soviet Politics and Societies (JSPSS - я выговорить не в состоянии), от Дэвида Уайта из Бирмингема, подробная и вполне себе рождественская http://spps-jspps.autorenbetreuung.de/files/15_review_gelman.pdf

"Vladimir Gel’man, Authoritarian Russia: Analyzing Post-Soviet Regime Changes. Pittsburgh, PA: University of Pittsburgh Press, 2015. xiv + 208 pp.

For scholars and students of contemporary Russian politics, Vladimir Gel’man is a familiar name. Many of us turn to him when seeking an insightful and clearly explained analysis of political developments in Russia. Gel’man has written extensively in the past on topics as diverse as institutional choice, center-regional relations, the party system, elections, the role of opposition, and Russia’s resource curse. Here he brings many of those strands together to provide a relatively short but sophisticated account of Russia’s political development since the collapse of the Soviet Union in 1991, explaining why democracy failed to take root. It is a hugely readable book and avoids getting bogged down in detail (there is an awful lot to cover) whilst leaving you with the confidence that this is the work of someone with a deep knowledge of the Russian political system. Neither does Gel’man over-theorize. Indeed, the shortcomings of theorists are laid bare, none more so than the assumption in the early 1990s that Russia would obligingly fit in to the Third Wave mode and move seamlessly towards democratization. In just over 150 pages this book explains why that was never going to happen.

Gel’man starts with an instructive anecdote. It is the summer of 1990 and the young Vladimir, then an activist in the pro-democracy movement, arrives for a job interview with former academic, critic of the Soviet system and by 1990 the chair of St.Petersburg city council, Anatoly Sobchak. Any illusions Gel’man has are shattered when Sobchak reveals that gaining power, rather than democratization, was always the main objective. Gel’man leaves a sadder and wiser man and embarks on the altogether more honorable career of an academic. Sobchak’s receptionist that day, a friendly, smiling young man named Dima, takes the other route. The young man was Dmitry Medvedev, still, in a sense, adds Gel’man, a receptionist to this day.

Although distinctly sceptical about the prospects for change in Russia, Gel’man dismisses both pessimistic and optimistic approaches. For the pessimist, Russia’s slide to authoritarianism is a logical outcome given the country’s history and culture. The Russian people are not ready for and do not want democracy. The optimist sees Russia as a “C student” still on the road to democracy though slowed down by protracted growing pains. Gel’man rejects what he sees as the deterministic approach of the former and the naïve view of the latter and instead takes a realist approach with a clear focus on the role of actors and of critical junctures in Russia’s post-Soviet history in shaping the authoritarian system that has emerged under Putin. Russia, argues Gel’man is a textbook case of power maximization by elite actors unconstrained by effective institutions, a situation that stems from the preference for economic reform over institutional development in the early 1990s. Russia now suffers from an “institutional trap” in which political elites have deliberately created inefficient but stable state institutions with few, if any, checks and balances on executive power, and which are designed specifically to maximize the ruling elites’ advantages and help maintain their monopoly of rents and political benefits, thereby sustaining the regime.

How might this situation change? In the final chapter Gel’man considers four possible alternative paths for the future evolution of the Russian regime. The “iron fist” scenario in which the regime responds to challenges by increasing its repressive capacity is viewed as unlikely. The Kremlin’s success so far has rested on the consolidation of a neo-patrimonial system in which the loyalty of both elites and the general public is guaranteed through the distribution of rents. The use of the stick after “a long and successful distribution of carrots” (136–37) would be a difficult task and, if not carried out effectively, might lead to a backlash and the collapse of the regime. Similarly the possibility of a sudden collapse is downplayed, the conditions for such a collapse being conspicuous by their absence. Moreover, warns Gel’man, regime change is rather more likely to lead to a more authoritarian regime than to democratization. The prospect of “creeping democratization” is dismissed as wishful thinking particularly as such a development would require the strengthening and coordination of anti-regime political and social forces, hitherto an insurmountable challenge for Russian opposition. Which leaves us with the inertia-based, “muddling through” option. Although the most plausible of the four scenarios, its likely outcome is grim. Regime consolidation will do nothing to solve the problems of poor governance, and the costs to the regime in terms of ever increasing payoffs to political and economic rent-seekers as well as rewards to social groups in return for their loyalty will be high.

Despite the gloomy prognosis, Gel’man ends on a high. Over the years I have spoken to many people in the Russian “nonsystemic” opposition and often finish meetings by asking whether they take a pessimistic or optimistic view of Russia’s future. Despite the frequently parlous state of the opposition over the years, to a man and woman they have stated their optimism. “This is our country,” they say, “we have to remain optimistic.” Gel’man suggests he has a similar mindset when he concludes the book by asserting that Russia will, one day, become a free country. In terms of the way he conceptualizes the Russian political system in the book’s title as authoritarian Gel’man gets it absolutely right. No scholar would be taken seriously referring to Russia as a democracy, even in its most diminished form, and increasingly it appears that the “competitive” and “electoral” prefixes are becoming redundant, leaving Putin’s Russia as simply authoritarian. Gel’man’s innate optimism is reflected by his prediction that one day, readers will welcome a book entitled Democratizing Russia. If that were to be the case I wouldn’t bet against Vladimir Gel’man being the author.

David White
University of Birmingham, UK"

Profile

grey_dolphin: (Default)
grey_dolphin

July 2017

S M T W T F S
       1
234 5 678
910 11 12 131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 21st, 2017 02:32 pm
Powered by Dreamwidth Studios